Тяжелые кованые сапоги глухо отозвались на деревянном настиле плотины. Оззи остановился у самого края, игнорируя косые взгляды воров, что лениво точили ножи неподалеку. Воздух здесь был другим - пропитанным сыростью рисовых полей, запахом дешевого шнапса и той колючей, дикой свободой, которой так не хватало в душном Старом Лагере. Наёмник поправил перевязь тяжелого меча, чей эфес уже давно стал продолжением его собственной руки. Он не пришел сюда просить убежища. Легенды, ходившие о его подвигах за Барьером и за его пределами, шли впереди него, словно невидимые глашатаи. - Эй, ты! - выкрикнул один из стражников, преграждая путь алебардой. - Здесь территория Ли. У тебя есть руда, чтобы войти, или веская причина, чтобы я не сбросил тебя в озеро? Оззи медленно повернул голову. Из-под капюшона (или густых бровей) блеснули глаза человека, который видел смерть слишком часто, чтобы бояться ржавой железки. Он не потянулся за кошельком. Вместо этого он сделал шаг вперед, заставив стражника невольно отступить. - У меня есть нечто получше руды, парень, - голос наёмника звучал как хруст гравия. - Передай Ли, что старый долг в Варанте наконец пришел за оплатой. И скажи Силасу, чтобы откупорил бочонок лучшего рисового вина. Сегодня в этом лагере станет либо слишком тесно, либо гораздо безопаснее. Не дожидаясь ответа, он отодвинул наконечник алебарды ладонью в кожаной перчатке и уверенной походкой направился к пещере. Ему не нужны были указатели. Он знал: такие, как он, всегда находят путь к тем, кто готов сражаться до конца. Нужно было заняться общим делом по сбору улик, тем более кроводавцы не так давно тоже заходили на этот двор...